Ранма 1/2: Кошмар! Ладан весенних сновидений

Весенняя ночь в Нерубечихе выдалась на удивление тихой, пока в храме Хаппосай не появился новый ладан — «Весенние сновидения». Стоило его зажечь, как весь квартал погрузился в сон, но не простой, а кошмарный. Ранма, проснувшись, обнаружил, что его проклятие перестало работать: он навсегда остался в женском теле, а мужская половина исчезла, словно её и не было. Аканэ, к ужасу своему, увидела, что все вокруг считают её парнем, а Рёга с Мусуси превратились в её назойливых поклонниц. Шампу, вместо того чтобы гоняться за Ранмой, вдруг влюбилась в Укё, а сам Укё начал вести себя как типичный мачо, отпугивая всех девушек. Генма, забыв о долгах, стал примерным отцом, а Соноку, наоборот, превратилась в агрессивную фурию, требующую от Ранмы жениться на ней немедленно. Мир перевернулся с ног на голову, и каждый персонаж оказался в роли, которая была для него самым страшным сном.

Ранма, пытаясь разобраться в происходящем, понял, что ладан не просто путает тела, а выворачивает наружу самые потаённые страхи и желания. Чтобы вернуть всё на свои места, нужно найти источник дыма, но храм Хаппосай охраняет сам Хаппосай, который, под воздействием ладана, стал абсолютно серьёзным и требует от каждого пройти испытание — прожить один день в чужой шкуре. Пока Ранма мечется между попытками убедить Аканэ, что он всё ещё он, и отбивается от навязчивых ухаживаний Соноку, остальные герои погружаются в хаос: Рёга пытается доказать, что он не девушка, сражаясь с Мусуси за букет цветов, а Шампу, наконец получившая взаимность от Укё, с ужасом понимает, что он ей совсем не нужен. В финале, когда ладан почти догорел, выясняется, что единственный способ разрушить чары — это искренне признаться в своих страхах. Ранма, стиснув зубы, говорит Аканэ, что больше всего боится потерять её доверие, и в этот миг дым рассеивается. Все возвращаются в свои тела, но последствия кошмара ещё долго напоминают о себе: Аканэ теперь знает, что Ранма боится быть непонятым, а сам Ранма — что его проклятие не самое страшное, ведь настоящий ужас — это когда те, кого ты любишь, перестают быть собой.