Песочные часы летней расцветки

Летний зной плавит асфальт, а вместе с ним и реальность для старшеклассницы Харуки. Она приезжает в приморский городок к бабушке, чтобы пережить очередное обострение своей странной болезни: Харука видит «песочные часы» над головами людей — прозрачные силуэты, в которых медленно пересыпается песок. Когда песок заканчивается, человек исчезает, стирается из памяти всех, кто его знал, словно его никогда не существовало. Сама Харука помнит каждого «стёртого», но не может никому рассказать об этом, боясь, что её сочтут сумасшедшей. В городе она встречает Рё, молчаливого парня с разбитой гитарой, который, кажется, единственный не удивляется её странностям. Он сам носит на запястье старые механические часы, которые никогда не идут в ногу с реальным временем. Вместе они начинают замечать закономерность: исчезновения людей совпадают с моментами, когда кто-то совершает неисправимую ошибку — предаёт друга, разбивает чужое сердце или отказывается от своей мечты. Песок ускоряется, когда человек теряет связь с тем, что делает его живым.

Харука и Рё пытаются вмешаться, чтобы спасти обречённых, но каждое спасение оставляет на них самих временные шрамы: у Харуки седеют волосы, у Рё немеют пальцы. Чем глубже они копают, тем яснее понимают, что «песочные часы» — не проклятие, а отражение их собственной вины. Пять лет назад они были лучшими друзьями и случайно стали причиной трагедии, которая разорвала их городок на части. Тогда они заключили молчаливый договор — забыть и не вспоминать. Но лето, запах соли и цветущие гибискусы возвращают их к тому дню, когда они втроём — Харука, Рё и их погибшая подруга Мию — разбили старинные часы на маяке. С тех пор время для Мию остановилось, а для них пошло вспять. Теперь, чтобы остановить исчезновения, Харуке и Рё придётся не спасать других, а признать, что их собственная дружба давно рассыпалась в песок, и единственный способ всё исправить — отпустить прошлое, даже если это значит навсегда потерять друг друга. Финал остаётся открытым: песок в часах Харуки замирает, но она не знает, сколько времени ей отпущено на прощание.